Въезд в Израиль для медицинского туризма открыт

"Я бы сделала вакцинацию обязательной"

05.01.2022

Израильский инфекционист Галина Гольцман поделилась своим мнением  об  эффективности вакцинации четвёртый дозой, целесообразности прививать детей, опасности  резкого роста заболеваний омикроном, введению локдаунов и закрытию границ. 

– Израиль первым в мире начал проводить вакцинацию четвертой дозой. Насколько, с вашей профессиональной точки зрения, это сейчас оправдано, учитывая, что вакцина пока еще не адаптирована к штамму «омикрон»?

– Нет ни одной работы, которая говорит о стопроцентной пользе четвертой прививке. На сегодняшний день все, что мы знаем о воздействии вакцинации на «омикрон» – это то, что третья бустерная доза защищает на 50-70% в отличие от двух первых, которые защищают только на 30%. Степень защиты касается госпитализаций и тяжелого течения заболевания. И мы видим, что люди, которые привиты, болеют легко. Но они все равно болеют, и их много. Поэтому пока я не могу прогнозировать, что будет с четвертой дозой вакцины – какой процент она добавит к степени защиты в дополнение к бустерной третье дозе. Могу также сказать, что «омикрон» – не единственный и не доминирующий штамм. У нас по-прежнему существует штамм «дельта» – а он более серьезный и опасный. Мы заранее предполагали, что придем к четвертой бустерной дозе. 

Если бы лично от меня зависело решение относительно четвертой бустерной дозы – вводить ее или не вводить, – я бы поменяла направление. Во-первых, я бы сделала обязательной вакцинацию для непривитой категории населения. На мой взгляд, это гораздо важнее четвертой бустерной дозы, потому что в прошлую волну мы видели жесткий всплеск штамма «дельта», и мы называли это «эпидемией невакцинированных»: 80% госпитализированных и 90% тяжелых не получали прививку. Эту тенденцию мы наблюдаем снова. Сегодня 70% пациентов, находящихся в больнице, не вакцинированы. Исходя из этого, я акцентировала бы внимание именно на работе с невакцинированными людьми – вплоть до административных взысканий. Во-вторых, чтобы решить вопрос о четвертой бустерной дозе, я бы делала серологическую экспертизу как показание. Если у человека достаточно высокий уровень антител, и он не нуждается в новой бустерной дозе, я бы ее не вводила. 

То есть, четвертую бустерную дозу я предназначила бы конкретно людям из группы высокого риска по тяжелому течению заболевания: всем людям старше 80 лет и людям старше 60 лет, имеющим тяжелые сопутствующие патологии. Например, пациентам с почечными патологиями, нарушениями иммунных функций, сахарным диабетом. Этим двум группам людей я бы назначила четвертую бустерную дозу без дополнительных анализов, а у остальных проверяла бы показатель антител, и при достаточном титре отсрочивала бы введение новой бустерной дозы до возникновения показаний. Но я говорю об этом так, как если бы это решение зависело лично от меня.

– Фармацевтические компании – например, Pfizer, заявляли о том, что в течение нескольких месяцев смогут изготовить модифицированную вакцину, которая уже адаптирована к штамму «омикрон». Может ли получиться так, что сейчас кто-то привьется четвертой дозой, а через несколько месяцев ему придется прививаться уже пятой дозой?

– Чтобы сохранить человеку жизнь, можно прививать его и каждые пять месяцев, и каждые четыре месяца. Самый важный вопрос в этом контексте – выявить ту самую группу населения, которая нуждается в частой вакцинации. На сегодняшний день этой группой считаются все люди старше 80 лет и люди старше 60 лет, страдающие тяжелыми хроническими заболеваниями. Именно эти люди сегодня привиты и госпитализированы. Все остальные госпитализированные – молодые люди, которые не получали вакцину вообще. 

– Сейчас активно ведется кампания за вакцинацию детей от 5 до 12 лет. На ваш профессиональный взгляд, насколько это эффективно и обязательно? Среди родителей существуют расхожие мнения, что дети не болеют вообще или болеют практически бессимптомно. Нужно ли прививать детей и подростков?

– Во время эпидемии массовых вирусных заболеваний с тяжелым течением основная цель инфекционистов, эпидемиологов, вирусологов и всего здравоохранения в целом – привить как можно более широкий пласт населения. Точно так же мы рекомендуем прививаться от гриппа: с годовалого возраста и до ста лет. Аналогичная рекомендация у нас на сегодняшний день. У нас пока нет данных относительно безопасности и результативности вакцинации против коронавируса у детей младше 5 лет. Все исследования, которые проводились для этой возрастной категории, пока не увенчались большим и однозначным успехом. Поэтому пока что мы не имеем рекомендации прививать детей до достижения 5 лет. Те же данные, которые мы имеем на основании миллионов привитых детей, и те научные данные, которые были получены ранее, говорят о том, что вакцина практически безопасна и очень эффективна. Я, как специалист, рекомендую вакцинацию от 5 лет и далее, вплоть до преклонного возраста.

Что касается принудительной вакцинации детей – я не думаю, что таковая должна проводиться. Однако должна проводиться большая разъяснительная работа среди родителей, потому что у них может возникать множество беспочвенных сомнений и подозрений на этот счет. Но обязательную вакцинацию для подростков старше 14 лет я бы ввела. Как минимум потому, что это – самая социально активная группа, которая постоянно контактирует, гуляет и общается в реальной жизни. 

– Появились ли какие-то новые данные относительно «омикрона»? Эксперты пугают нас, что распространение этого штамма может перевалить за рекордные отметки в 50000 в день. Какие меры защиты, кроме вакцинации, вы можете порекомендовать? Потому что называются цифры в 50000 заражений в день, и отсутствуют какие-либо суровые ограничительные меры наподобие жесткого локдауна. Как защититься в этой ситуации?

– Мы можем опираться на опыт стран, которые уже прошли эту историю с «омикроном». Мы видим, что нигде не было особенно суровых ограничений – ни в ЮАР, ни в Великобритании. Франция не успела ввести обязательное ношение масок на улице. Все, что делается во всех европейских странах – это, в первую очередь, кампания на вакцинацию. Мы в Израиле предполагаем, что да, возможно, у нас еще будет пиковая вспышка «омикрона», но, как показывает опыт стран, которые ее уже прошли, она очень коротка и быстро самоуничтожается. Надеемся, что мы тоже пойдем по такому сценарию.

– Есть такая версия, что именно этот новый штамм может привести к так называемому «коллективному иммунитету». Как вы это прокомментируете?

– Вполне возможно, что это произойдет. Будем наблюдать, потому что чем больше людей болеет, тем больший процент являются носителями антител к этому вирусу. Следовательно, тем меньше у вируса шансов заразить широкие пласты населения. Единственное, что может помешать процессу достижения коллективного иммунитета – это если из-за такой высокой заболеваемости вирус снова мутирует, и появится новый штамм, который будет «хитрее», чем «омикрон». Я неоднократно говорила в интервью, что коронавирус за эти годы научил нас скромности – ничего не загадывать и не строить никаких планов, а менять тактику по мере накопления информации и развития событий. Поэтому наша тактика неизменна – масочный режим и вакцинация. А всему остальному научимся. 

– Израиль планирует открытие границ для иностранцев, которые вакцинированы. Как вы считаете, насколько это повлияет на распространение «омикрона», и насколько это опасно сейчас – летать на самолетах и путешествовать вакцинированным и невакцинированным?

– Я считаю, что при такой мировой глобализации распространение будет обязательным. Даже если где-нибудь в джунглях появится слабый штамм, уже через 2 месяца он будет уверенно шагать по миру, и ничего не поможет. Кто-то привез в Израиль «омикрон», и когда у нас было всего 10 случаев, мы понимали, что пройдет неделя, и их станет минимум 150 в сутки. Если появляется заразный вирус – это неизбежно, что он будет распространяться. Я считаю, что строго закрывать границы не имеет никакого смысла. Это имело смысл в начале пандемии, когда мы еще не знали, что это за вирус и как он себя поведет. Мы думали, что он ликвидируется после 40 дней карантина, как это случалось во времена других эпидемий. Но сегодня мы уже знаем, что это дело времени – когда новый штамм пройдется по планете, и мне кажется, что в закрытии границ смысла нет. Имеет смысл делать жесточайшие проверки: например, тест на коронавирус перед полетом, во время прибытия и спустя 24 часа обязательного карантина. Это достаточно эффективная мера для того, чтобы предотвратить вспышку интенсивного распространения штаммов вируса, ввезенных из-за рубежа. 

Приведу пример: допустим, человек едет в Эйлат на автобусе. За те 4,5 часа, что он преодолевает путь, он обязательно снимет маску или опустит ее с носа на подбородок. При этом перед посадкой никто не проверяет его на коронавирус: возможно, он бессимптомный носитель. Получается, что поездка местного жителя на местный курорт опаснее с точки зрения эпидемиологии, чем прибытие иностранца, которому выполнили ПЦР-тест перед полетом и по прибытию. 

– В СМИ появилась информация о появление нового штамма  B.1.640.2. Что уже известно и насколько он опасен?

– Вероятно, он пришел из Африки. Первый человек, который им заразился, прибыл во Францию оттуда. Это было ожидаемо. Мы рассчитываем, что этот штамм будет слабым, и «омикрон» его победит. Он не станет преобладающим и «страшным». Вы и другие интервьюеры меня уже спрашивали – «почему бы не дать людям переболеть «омикроном» для выработки коллективного иммунитета?». Я всегда отвечаю, что массовая заболеваемость, помимо повышенной нагрузки на систему здравоохранения (потому что пропорционально количеству зараженных все равно растет количество тяжелых и смертельно больных), дает опасность усиленной мутации вируса. Также массовая заболеваемость «бьет» по экономике. Это – три основные вещи, которые выступают против теории естественной вакцинации и за теорию искусственной вакцинации.

– А если ли хорошие новости, которые приблизят нас к концу пандемии? 

– Есть отличная новость: компания Pfizer создала лекарство от коронавируса, которое снижает уровень госпитализации и смертности более чем на 90%, если применяется в первые дни заболевания. Частично его закупили в Израиле. Надеемся, что в ближайшее время оно появится на полках аптек. Второе лекарство разработала компания Merck – оно уже прошло третью фазу клинических испытаний. Препарат называется «Molnupiravir», и он тоже продемонстрировал высокую эффективность в плане сокращения госпитализации и летальности. Принимать его нужно в течение первых 5 дней с момента появления симптомов.

– То есть, в обозримой перспективе, если возникнут очередные массовые вспышки коронавируса, мы сможем бороться с помощью лекарства?

– Да. Оно будет в наших аптеках, как лекарства от обычного гриппа. И это прекрасные новости. С помощью лекарства мы хотя бы дадим возможность людям, которые не хотят вакцинироваться, не госпитализироваться и не умирать от этого заболевания.

Интервью взял Роман Челюскин

Консультация врача онлайн
Skype